Алексей Ремизов Святую землю никогда не посещал, хотя, как мы узнаем из книги Владимира Хазана, палестинские (израильские) друзья приглашали его туда неоднократно. При своей богатой и экзотической фантазии писатель мог бы, наверное, пригрезить такое путешествие в творческих снах. Однако в книге речь идет не об этом. Ее автор, собравший большой и ценный архивный материал, публикует переписку супругов Ремизовых с жившими в Палестине/Израиле инженером Виктором Залкиндом и его женой, а также с адвокатом Розой Гинцберг-Осоргиной, дочерью выдающегося еврейского философа Ахад ха-Ама и одной из жен русского писателя Михаила Осоргина. В книге, в переводе на русский язык, печатаются воспоминания о Ремизове поэта и прозаика Довида Кнута, появившиеся в ивритоязычной прессе после того, как автор в 1949 году репатриировался в Израиль. Значительное место в издании автор уделяет впервые публикуемым ремизовским автографам — надписям на подаренных писателям книгах, которые причудливым образом оказались в израильских книго- и архивохранилищах.
Aleksei Remizov never visited the Holy Land, although, as we learn from Vladimir Khazan’s book, his friends in Palestine (Israel) invited him there more than once. With his rich and exotic imagination, the writer could perhaps have dreamed up such a journey in his creative sleep. But that is not what this book is about. Its author, having gathered a large and valuable body of archival material, publishes the correspondence of the Remizov couple with Viktor Zalkind, an engineer who lived in Palestine/Israel, and his wife, as well as with the lawyer Roza Ginzberg-Osorgina, daughter of the eminent Jewish philosopher Ahad Ha’am and one of the wives of the Russian writer Mikhail Osorgin. The book also prints, in Russian translation, the memoirs of Remizov by the poet and prose writer David Knut, which appeared in the Hebrew-language press after the author emigrated to Israel in 1949. The author gives considerable space to previously unpublished Remizov autographs: inscriptions on books he gave to other writers, which have ended up, in curious ways, in Israeli libraries and archives.
