Ксения Букша фиксирует в лирике мысли и состояния, которые обычно ускользают от взрослого наблюдателя: тревога при смене освещения или ветра, восторг совпадения. Букша владеет формой так, что может позволить себе абсолютную непосредственность. Её интересует только неназываемое, её модернистская оптика сосредоточена на первом толчке мысли, на предчувствии, на границе сна и действия. Мы знаем всё, о чём она пишет, но не фиксируемся на этих уколах новизны, на догадках и опасениях, которых предпочитаем не слышать. У неё темперамент поэта и глаз исследователя.
In her lyric poetry Ksenia Buksha captures thoughts and states that usually escape the adult observer: anxiety at a change of light or wind, the delight of a coincidence. Buksha has such command of form that she can afford absolute spontaneity. She is interested only in the unnameable; her modernist optics focus on the first impulse of thought, on premonition, on the border between sleep and action. We know everything she writes about, but we do not dwell on these pinpricks of novelty, on the guesses and fears we prefer not to hear. She has the temperament of a poet and the eye of a researcher.